«В Сумах  начаты инженерные работы по устранению отдельных очагов горения на территории заболоченной местности в районе гидрокарьера «Голубые озера» ­ гласит официальная сводка.

Что случилось?

– Звонки начали поступать 6­7 августа, – рассказывает начальник отдела по вопросам чрезвычайных ситуаций и гражданской защиты населения Александр Даниленко. – А уже 8-­го поступило сообщение на пульт центральной связи МЧС о пожаре в районе Василевки. Пожарные подразделения, прибывшие туда, установили: горит сухая растительность на заболоченной местности на площади около 1 га (метров 50 на 200).

– Откуда огонь?

– Это сложно сказать, но, в прин­ципе, вариант один: загорелся бытовой мусор, которого тут в избытке, затем огонь перекинулся на сухую растительность. А вот уж загорелся он от поджога или, например, от солнца или какого­нибудь стекла, которое сработало как линза, – это вопрос. Мусор в этом районе – большая проблема. Кто хочет, тот и высыпает – КамАЗами, КрАЗами. Приехали к обочине и, пожалуйста, куча в несколько тонн: кирпичи, стекло, бумага, мебель, тряпки – все вперемешку. Поэтому неудивительно, что загорелось.

– Какие работы проводили?

– Сначала тушили водой – локализовали пожар. Но так как возгорание происходит внутри почвы (у корневой системы растительности на глубине примерно 15-40 см), до сих пор продолжается постоянное тление (без открытого горения) в нескольких местах. Поэтому пришлось использовать бульдозер, снимавший верхний слой почвы, и уже туда лить воду.

– Сколько воды ушло?

– Пожарники сделали 10 ходок – 15 кубометров воды.

– Но тление все равно продолжается?

– Да, не можем мы сюда все Голубые озера перекачать. С 18 августа используем грейдер, так как он больше приспособлен для задач подобного рода. Будем продолжать до победного конца.

– Звонки продолжаются?

– Затихли на три дня, а с пятницы (17 августа) возобновились. Опять тлеет…

– Люди жаловались, что запах достигает города ночью по выходным. Какова причина такой периодичности?

– Не знаю. Тут много факторов: и температура, и направление ветра, и его скорость. Хотелось бы обратиться к сумчанам с просьбой отнестись с пониманием к ситуации и потерпеть некоторое время, пока идет ликвидация источника задымленности.

– Но люди жаловались не только на запах дыма, и не только на Черепина, но и ближе к Харьковской.

– Слышал, но запах там совсем другой. Это, скорее всего, уже “Чешка”. Ведь ее никто не чистит, камыши там превращаются в болото плюс жара, плюс перепад температур.

– Какие сроки ликвидации задымленности?

– Спрогнозировать срок завершения работ пока нельзя. Они могут длиться от одного до нескольких дней ­ в зависимости от состояния почвы и погодных условий.

На месте пожара

Побывав на Василевке мы не только увидели, но и услышали что и как там пахнет.

Жилой массив Василевка раскинулся на возвышенности, за которой начинается болотистая низина, заросшая камышом, ивами и прочими влаголюбивыми растениями. В камышах проглядывают болотца.

Дым с горящих торфяников уже не стелется над Василевкой, хотя гарью все-­таки несет.

Местная жительница, представившаяся Галиной, рассказала, что на ее памяти местные торфяники горят впервые. Что касается недавнего возгорания, то особенно сильным пожар был в воскресенье: весь район был в дыму. Василевцы стали звонить в пожарную службу, откуда их перенаправили к МЧСникам. Частично пожар был погашен начавшимся дождем. Затем прибыли вооруженные техникой работники горуправления ЧС, трудились несколько дней и в основном устранили проблему.

Вообще, Сумы не впервые вдыхают торфяной дым, но раньше (например, в 2010 г.) это был дым, принесенный с российских торфяников. Торфяники вблизи Сум, обязанные своим появлением заболачиванию стариц Псла и других рек, не пригодны для разработки, но гореть могут. Кроме Василевки, торфяники есть, например, в болотистой местности между рекой и «Сумыхимпромом».

Торф — ничто, химия — все!

А вообще, пожар на торфянике — это для Василевки мелочь по сравнению с другой проблемой. Торф подымил и перестал, а вот соседство с «Химпромом» — это источник постоянных страданий василевцев. «Перед дождем во рту постоянный привкус, — рассказывает Галина. — Окна в домах темнеют от налета. Никто об этом не говорит, но мы­то все это на себе ощущаем!»

Чаще всего портится воздух в ночное время суток. В последнее время дышать стало немного легче, благодаря высаженным со стороны «Сумыхимпрома» дубовым и березовым рощам, которые задерживают выбросы. Но ближайшая к производству улица Кощия, менее защищенная растительностью, все­таки страдает от соседства с химическим производством. «Причем если Токарям «Сумыхимпром» платит какие­-то деньги за ущерб, то нам никто ничего не платит», — сетует Галина.

Владимир Сурков, Евгений Кудлай