Сегодня Сергей Николаевич преподает стрельбу и управление гранатами на военной кафедре Сумского государственного университета, а за десятки лет военной службы накопил немало опыта, к тому же участвовал в двух миротворческих операциях в Африке и в Ираке.

Даешь патент

Впервые Сергей Колобылин участвовал в подобном конкурсе, впервые выставил на суд общественности свое изобретение — и сразу же получил первую премию.

— Начнем с того, что я работаю на кафедре военной подготовки Сумского государственного университета. И участие в этом конкурсе я принял, что называется, по команде руководства. Что касается самого изобретения, то моя только идея, но она подкреплена еще и серьезным научным исследованием, которое провели мои коллеги. Наш снаряд позволяет увеличить эффективность армии на 25%. (К слову: в советское время только за 7% уже давали Ленинскую премию). Еще один большой плюс в том, что изобретение обеспечивает максимальную точность за минимальную цену.
Если, например, взять современные высокоточные боеприпасы и наш снаряд с GPS-навигатором, то от обычной боеголовки наш будет отличаться всего на плюс 35 долларов, а первый потянет на несколько сотен тысяч долларов.

— Вы запатентовали свое изобретение?

— Да, это мое первое изобретение, которое я запатентовал. Оказалось, что это длительная и очень непростая процедура. Во-первых, она занимает от 7 до 13 месяцев. И это только на то, чтобы получить подтверждение, что твое изобретение уникальное и не имеет аналогов в мире. Что касается стоимости, то все права на мое изобретение — у Сумского государственного университета.
Хотя я и остаюсь его автором, оно принадлежит вузу. У меня есть еще несколько новых задумок, над которыми мы сегодня работаем. Надеюсь, в следующем году мы снова будем участвовать в этом конкурсе.

— Применялось ли на практике Ваше изобретение?

— Нет. Это только разработки. Есть научные обоснования. Но нет даже экспериментального образца этого снаряда. Проблема в том, что в Украине нет заводов, которые могли бы сделать подобные снаряды. А что касается конкурса, то на нем только собираются подобные изобретения и изобретатели, но в жизнь поданные проекты не воплощаются.

Служба зовет

— Почему Вы выбрали армию? С детства мечтали стать военным?

— Начнем с того, что я родился в городе-герое Керчи. Я с детства мечтал стать моряком, но на медкомиссии меня срезали из-за неправильного прикуса. И сказали, что мне теперь путь только в сухопутные войска. И мы с моим одноклассником приехали в Сумы учиться в военном училище, которое я закончил с отличием. Дальше пошла служба. Я побывал в Киеве, Феодосии, Симферополе, Перевальном. После расформирования части в последнем месте назначения, где я был командиром части, приехал работать в Сумы уже преподавателем. А в 2003 году отправился с украинскими миротворцами в Африку, в Сьерра-Леоне.

— Чем Вы там занимались? Как вообще адаптировались к климату, к смене континента?

— В Африке я работал военным переводчиком. Нашей задачей там было — обеспечить мир в стране, а мы были на связи с миротворцами ООН, которые в основном англоязычные. Что касается климата, то именно в Африке было сложнее всего адаптироваться: температура воздуха около +30- 40 С, но очень большая влажность. Я вам скажу: когда мы были в Ираке, где столбик термометра держался на отметке +45-55 С, было легче. А все потому, что воздух там суше.

Война — бесконечная стрельба…

О ранении сумчанина Сергея Колобылина в Ираке в 2006 году писали в центральной прессе Украины.

"17 июля около 6 утра вследствие взрыва самодельного фугаса были ранены двое военнослужащих украинского миротворческого персонала в Республике Ирак, — сообщала тогда пресс-служба Министерства обороны Украины. — Во время движения в составе колонны словацкого контингента недалеко от иракского города Эд-Дивания (провинция Кадисия) под автомобилем “Toyota Land Cruiser”, в котором ехали начальник отделения помощи гражданской полиции — заместитель начальника отделения Сергей Колобылин и офицер транспортного отдела логистики майор Сергей Тищенко, был подорван самодельный фугас".

— Я только десять месяцев прослужил в Ираке вместо двенадцати. Был там в составе миротворческого контингента. Мы не участвовали в военных операциях — готовили подразделения из местного населения, приводили его, так сказать, в боеспособное состояние. А ведь мы в тот день просто сопровождали колонну, — вспоминает Сергей Колобылин. — Это даже не была военная операция, просто дорогу, по которой двигалась наша колонна, заранее заминировали и наша машина попала на этот фугас. После ранения я три дня провел в иракском госпитале, затем меня отправили на два месяца в госпиталь в Германию, и еще два месяца я лечился уже в Киеве. Мне сделали 11 операций, но в правой ноге до сих пор осталось больше десятка осколков. И сегодня из- за этого ранения я перешел в преподаватели, хотя меня до сих пор приглашают на работу в разные страны, но с моим здоровьем я этого уже не потяну.

Студенты на плацу

— Вы преподаете на военной кафедре. Расскажите, пожалуйста, о ее судьбе сегодня. Ходили слухи, что ее закрывают. Это действительно так?

— Нет. Наша кафедра была реформирована после закрытия военного института. Но до сих пор мы продолжаем работать. У нас проходят службу сумские студенты "политеха", есть студенты из филиала Харьковского университета внутренних дел. Еще я преподаю в Чернигове, где есть отделение нашей кафедры. Сегодня у нас на кафедре учится даже больше студентов, чем несколько лет назад. Всего 300 человек, было 275. Военная кафедра платная для всех, у нас нет бюджетных мест, а попасть на нее можно пройдя отбор по физической подготовке, медкомиссии, среднему баллу в вузе.